Лилль
С широко открытыми глазами
Это были самые лучшие дни в этом месяце.
В пятницу мы встретились с Лизой и безумствовали весь вечер. Я себя чувствую так, будто мне снова 17, и в жизни нет ничего важнее смешных глупостей и безобразий, а рядом восхитительный сообщник, который улавливает любую мою мысль. Я словно смыла с себя толстый слой пыли обыденности. Никогда больше не расстанусь с этим состоянием, оно бесценно.
В субботу я наконец-то дошла до колледжа, где рисовала египетские храмы и гробницы. Вот большая пирамида, в ней фараон. Вот маленькие пирамидки, в них жены фараона. А там сбоку мастабы для всего бюрократического аппарата. Интересно, если египетский чиновник служил себе верой и правдой и пожаловали ему гробницу золоченую в тени божественной опочивальни, а потом он возьми да облажайся... его просто лишали привилегии захорониться поближе к владыке или скармливали крокодилам, а сооружение в целях экономии средств отдавали более удачливому преемнику?.
После мы с Анкой гуляли под дождем, тщетно дожидались джаза в "Шляпе" (странно, все-таки суббота...), а после я собиралась домой, но не сложилось.
Мы спускаемся в метро и встречаем Диму, он видит меня, и глаза его загораются радостью. "Поехали к нам!" - зазывает меня Дима. Мы с Анкой в недоумении, но объяснение не заставляет себя ждать. "Я сейчас поеду тусить с друзьями, - говорят Ане, - а Тася останется с тобой, чтобы тебе было не скучно".
"Круто!" - мы подводим итог. Покупаем бутылку легкого, как сок вина, смотрим шведский фильм про хиппи, а потом не можем прекратить разговаривать до шести утра. Когда я засыпала, перед глазами плыли цветные картинки каких-то неведомых городов, островов... Со мной такого никогда раньше не случалось.